среда, 21 января 2015 г.

МООК в 2014 г.: общий рост, особенности европейских МООК и перспективы русских (обзор, базирующийся на обзоре от Class Central [1], исследованиях и данных Ассоциации Европейских университетов (EAU) [2,3] и собственных оценках [4])

Итак в 2014 г. году число университетов, предлагающих MOOCs удвоилось. Преодолена планка в 400 университетов, с удвоением числа накопленных курсов (2400) [1].  Ниже представлен график роста МООК, в т.ч. с курсами, заявленными на первую половину 2015 г.
Рис. 1 Динамика роста МООК
ТОП-5 провайдеров[1] курсов по количеству курсантов как и раньше возглавляет Coursera (табл. на рис. 2)
Рис. 2 Рейтинг провайдеров по количеству слушателей курсов
MiriadaX стала первым провайдером МООК за пределами США, которая перешла за 1 миллион зарегистрированных пользователей, в основном на большом испаноязычном рынке. В Великобритании FutureLearn  зарегистрировал 800 000 пользователей, и он должен быть следующим провайдером, который привлечет миллион пользователей.



[1] Под провайдером МООК будем понимать интернет-площадку, на которой представляется МООК, термин «поставщик» скорее относится к вузу или преподавателю, а «платформа» к информационной системе, ПО, в которой размещается МООК

 Европейские данные, взятые с  European MOOCs Scoreboard (на сентябрь 2014 г.) дают 770 европейских МООК. При этом мировых МООК в полтора раза больше, чем в данных Class Central. Разница, очевидно, объясняется методикой подсчета, источниками информации и прочим. Самое важное, что общая динамика схожа: рост с января по сентябрь 2014г. общемировых МООК с 1329 до 3246, а европейских с  394 до  770.    
Рис. 3. Рост европейских и мировых МООК по данным EAU
Распределение МООК по странам Европы представлено на рис. 4.
Рис. 4. Количество европейских МООК по странам на 03.09.2014
Наиболее «продвинутыми» являются Испания и Великобритания.  Россия на первый взгляд занимает непрезентабельное 6 место, деля его с Данией, но если провести собственное исследование и учесть реально действующих в России провайдеров МООК [4], то со своими 111 МООК, из которых 82 предоставляются отечественными провайдерами, Россия выйдет на 3 место, обогнав Францию и Германию. И это ее законное место. На наш взгляд, МООК-активность как и почти любая другая Интернет-деятельность в конечном счете должна коррелировать с количеством носителей языка и ролью языка в Интернет-пространстве (см. рис. 5). 

Рис. 5 Языковое распределение согласно принадлежности к государственному языку
А учитывая роль русского языка в странах бывшего СССР (50% активно пользуются, 75% хорошо воспринимают, см. рис. 6), а также необыкновенную активность носителей русского языка в создании именно русскоязычных ресурсов (см. рис. 7), наша доля в МООК–рейтинге должна при благоприятных условиях стать еще выше. 
 Рис. 6. Использование русского языка в странах бывшего СССР
Рис.7. Распространенность русскоязычных сайтов в мировом Интернет-пространстве
По количеству курсов произошли интересные изменения с 2013 г. В 2013 году Coursera предложила почти половину всех MOOCs, но в 2014 году ее доля сократилась до трети.
Она по-прежнему вдвое больше, чем занявший второе место EDX, который удвоил свою долю в прошлом году (и в настоящее время имеет около 400 курсов на своей платформе).  По абсолютному количеству МООК MiriadaX на третьем месте, четвертом FutureLearn (после Coursera, EDX и Canvas, см.  https://www.class-central.com/providers). А вот на шестое место можно поставить вместе с арабским Rwaq наш российский УНИВЕРСАРИУМ с его 63 курсами (к сожалению УНИВЕРСАРИУМ пока не входит в список отслеживаемых основными мировыми агрегаторами МООК провайдеров).
По данным Class Central курсы в настоящее время предлагаются на 13 различных языках, причем 80%  преподаются на английском языке. Испанский язык является следующим с 8,5% курсов, в основном из-за Miriada X (консорциума почти 30 университетов  Испании и Латинской Америке), а затем французский и китайский языки (см. https://www.class-central.com/languages). Опять же если учитывать курсы на УНИВЕРСАРИУМе, Лекториуме, Stepic и некоторых других провайдерах (а не только на Coursera), то 119 русскоязычных МООК [4] займут достойное третье место после английского (с большим отрывом) и испанского (примерно вдвое больше) языков.
Тематика курсов в общемировой (см. рис. 10) и европейской (рис. 11) статистиках отличается не очень заметно. Наверное, можно говорить  о некотором преобладании в Европе естественных и технических  наук.
 Отмеченные в 2014 мировые тенденции [1]:
1.       MООК-провайдеры расширяют свои полномочия в том числе финансовые (платные специализации на Coursera,  XSERIES сертификат у EDX,  Udacity в Nanodegrees)
2.       Повышение качества МООК
3.       Принятие платформы EDX рядом значимых провайдеров (например, FUN)
4.       Тенденция к постоянному доступу (вслед за Udecity Udemy и даже Coursera отказываются в части курса от обязательного дедлайна)
Главными, конечно, являются успехи (относительные, но все же) в монетизации (1-й пункт) В октябре тот же автор [6] предсказывал, что Coursera на пути, чтобы сделать $ 8-12 миллионов дохода в 2014 году. Не Бог весть какие доходы по сравнению со вложенными средствами, однако «несколько  университетов уже восстанавливает свои расходы за счет общего дохода».  
 Особенности европейских МООК [2]:
Исследование базируется на  опросе, проведенном между октябрем и декабрем 2013  и охватывает 249 ответов от высших учебных заведений, в большинстве своем университетов, из 38 европейских стран [2].  Из них  5 университетов России: Московский лингвистический университет, ВШЭ,  РУДН, Южный федеральный университет, СпбГУ. Исследование незакончено, в скором времени обещают дополнить данными 2014 г. Частично это сделано здесь [3].
Главной особенностью европейских МООК является их многоязычность. Хотя МООК в Европе соответствуют общей тенденции, где английский является языком преподавания, тем не менее, МООК делают скромный, но важный вклад в языковое многообразие (см. рис. 12). 

Рис. 12. Языки европейских МООК
Шесть из 29 учреждений (в Италии, России, Испании, Турции и Швейцарии), предоставляющих МООК, ведут курсы на двух языках, а именно на родном языке (французском, итальянском, испанском, русском и турецком) и  английском.
Курсы, которые преподаются только на одном языке представляют 23 учреждения:
•             10 учебных заведений в Дании, Ирландии, Нидерландах, Норвегии и Великобритании только на английском языке, отражая традицию англоязычного образования в Северной Европе.
•             13 учреждений предлагают курсы только на национальном языке той страны, где они есть: испанский (семь университетов), немецкий (четыре университета в Германии) и французский (два университета во Франции). Это страны с относительно большой численностью населения и всемирно-известными языками.
Исключением является испанское учебное заведение, предлагающее курсы МООК на испанском и каталонском.
Интересно узнать, отмечается в исследовании, будет ли билингвальность курсов  устойчивой  и будет ли  процветать в течение длительного периода? Некоторые считают, что обучение МООК ведется на одном английском языке только в самом начале с тем, чтобы процесс обучения был немного упрощен, но учреждения с большим опытом использования подобных курсов будут стремиться к  увеличению количества языков,  на которых  будут  доступны курсы.  Академические обмены и сотрудничество, а также интерес  к другим странам и регионам – все это аргументы в  пользу  расширения языковых возможностей при проведении онлайн-курсов.
Второй особенность. МООК в Европе является то, что в представленной выборке именно технические университеты, кажется, наиболее заинтересованы онлайн-курсами МООК, и на них приходится значительная доля небольшой группы институтов, которые могут их предложить. Географическое распределение этих учреждений (включая в себя Данию, Германию, Ирландию, Нидерланды, Норвегию, Испанию и Швейцарию) само по себе интересное, так же как и их подход к дистанционному обучению МООК. Большинство из них предлагают один или два курса, которые ведутся на английском языке, и планируют умеренно увеличить их обеспечение, путем открытия нескольких новых курсов в дальнейшем. Чаще, чем другие учреждения, они, намерены совмещать онлайн-курсы МООК в смешанных учебных программах с обычным обучением. Кроме того, большинство технических университетов собирают данные о МООК, в то время как немногие из многопрофильных университетов, специализированных или университетов прикладных наук  делают это.

Тенденции в развитии отечественных МООК [4]:
Полтора года назад в своих постах на этом блоге я задавал вопрос: «Насколько готовы университеты России, МОН РФ, другие отечественные «стейкхолдеры» «держать удар» и играть на глобальном уровне?»
Сегодня я бы ответил, что они «удар держат» и, если не на глобальном, то на отечественном рынке играть начали и довольно активно. Свидетельством тому статистика, которая на европейском уровне выглядит неплохо (см. выше). Общемировые (американские) проблемы решать еще рано. Перспективы развития тоже есть. Имеются предпосылки для «верхней», административной, и «нижней» экономической  мотивации в т.ч. и в результате ухудшающегося экономического положения, (см. здесь и здесь).
Хотелось бы еще, чтобы власти в России более отчетливо поняли политическое (если не геополитическое) значение русского Интернет-сегмента в глобальном образовательном пространстве и рынке и более активно включились бы в поддержку текущего процесса.

 Литература
1.       Dhawal Shah  MOOCs in 2014: Breaking Down the Numbers// Dec 26, 2014 https://www.edsurge.com/n/2014-12-26-moocs-in-2014-breaking-down-the-numbers
2.       Michael Gaebel, Veronika Kupriyanova, Rita Morais, Elizabeth Colucci E-learning in European Higher Education Institutions. Results of a mapping survey conducted in October-December 2013//  European University Association, November 2014. – p.92. http://www.eua.be/
3.       European MOOCs Scoreboard. Last updated 03/09/2014//, www.openeducationeuropa.eu/en/european_scoreboard_moocs
4.       Тимкин С.Л. Русские МООК. Попытка получить количественные показатели// http://timkin-blog.blogspot.ru/2015/01/blog-post.html
5.       Dhawal Shah  MOOCs in 2013: Breaking Down the Numbers // https://www.edsurge.com/n/
6.       Dhawal Shah How Does Coursera Make Money? // Oct 15, 2014 https://www.edsurge.com/n/2014-10-15-how-does-coursera-make-money


вторник, 20 января 2015 г.

Информационные технологии как вызов системе образования (уничтожающие стоимость)

Почему внедрение информационных технологий как минимум неоднозначно, а часто отрицательно  воспринимается педагогическим сообществом? Это хорошо знают все, кому приходилось внедрять дистанционное обучение в традиционном вузе. Мотивация преподавателей и неопределенность финансовых отношений с ними стоит на первом месте среди проблем,  мешающих расширению дистанционного обучения в вузах и колледжах Ассоциации «Омский региональный электронный университет» (анкетирование проведено для 10 образовательных организаций, см. на сайте http://omreu.ru/). К преподавателям близки по позициям деканы и заведующие кафедрами - среднее звено управленцев вуза, тогда как высший менеджмент, напротив, как правило, оказывает ДО поддержку. Омские вузы отнюдь не уникальны. Самым большим препятствием из тех, что стоят на пути широкого внедрения интерактивных, адаптивные, обучения в режиме онлайн системы на традиционные колледжи и университеты в  США – это отношение к нему преподавателей [1]. В данном исследовании проведено интервьюирование с президентами, проректорами, а также другими высокопоставленными представителями более чем 25 различных учреждений, представляющих государственные и частные исследовательские университеты, четырехлетние и двухгодичные колледжи.
При этом в качестве основных причин отмечается:
  1. Интернет обучение чуждо большинству преподавателей и именно потому, что многие преподаватели выбирали академическую карьеру в старых условиях. Они стали преподавателями в значительной степени потому, что, будучи студентами, ценили и сейчас ценят те отношения, которыми они пользовались со своими профессорами и наставниками. При решении продолжить академическую карьеру, большинство стремятся воспроизвести эти близкие отношения со своими студентами.
  2. Подготовка курса в режиме онлайн требует гораздо более высоких начальных затрат времени от преподавателя, а также усвоения им новых знаний и компетенций. Кроме того, онлайн-обучение требует не только начальной подготовки, но и гораздо более высокий уровень постоянной технической и методической поддержки. Поскольку технология становится более сложной, преподавателям часто приходится переучиваться по ее использованию.
  3. ППС опасаются, что онлайн обучение будет использоваться для уменьшения их рядов. Общей темой, которая звучала практически во всех кампусах:  онлайн обучение не должно быть использовано для снижения занятости преподавателей. Особенно выражен страх за потерю рабочих мест у преподавателей в государственных учреждениях, которые испытывают серьезные финансовые трудности. Кое-где он  выражается в решениях профсоюзных организаций преподавателей

Думается, этот страх - главная причина, мотивирующая преподавателей против дистанционного и электронного обучения. И он небезоснователен.
В 1999 году в США в газетных издательствах работали 425 тыс. человек. А количество рабочих мест в интернет-порталах составляло 40 тыс. Итого — 465 тыс. рабочих мест, занятых сотрудниками с высшим образованием, высоким уровнем квалификации и профессионализма и соответствующим (довольно высоким) уровнем оплаты труда…. В 2009 году в газетных издательствах США трудилось только 150 тыс. сотрудников. Сокращение занятости почти в три раза (на 65%). Количество сотрудников интернет-порталов выросло в два раза по сравнению с 1999 и составило 85 тыс. человек. Итого — 235 тыс. За десятилетие потеряно почти четверть миллиона рабочих мест. При этом большинство оставшихся работать в отрасли сотрудников уже относятся разве что к нижней части американского среднего класса. Даже сотрудники интернет-порталов за это десятилетие стремительно прошли путь от «властителей умов» и «потрясателей основ» до «пролетариев умственного труда».
Это всего лишь один из примеров, которые приводит Игорь Березин, президент Гильдии маркетологов, ведущий эксперт исследовательского холдинга «Ромир» в статье, названной  «Уничтожающие стоимость» [2]. Речь в ней идет об информационных технологиях, которые рассматриваются как угроза мировой экономической системе. Действительно, только в газетной индустрии уничтожено добавленной стоимости на миллиарды, если не десятки миллиардов долларов в год. Одна только гипотетическая оплата труда сокращенных 230 тыс. работников отрасли в 2009-м могла бы составить 9–11 млрд.  долларов. Что создано?
Между 2008 и 2011 годами рынок электронных книг в России вырос в 4,5 раза и достиг «астрономической» суммы 135 млн. рублей за год. Рынок бумажных книг за эти три года сократился на 17% — с 74,5 до 62 млрд рублей. На каждый рубль стоимости, созданной в «электронной читалке», было уничтожено 119 рублей ценности в виде «недоизданных», «недопроданных», «недочитанных» типографских книг.
А вот цифры из статьи И.Березина, близкие к нашему образовательному рынку:
  • В 2007 году только в Москве и только по теме «Маркетинг» было проведено около 500 офлайн-семинаров продолжительностью 8–24 часа (1–3 дня). В каждом семинаре принимали участие в среднем 14–17 человек. Каждый из которых (или его компания) заплатил в среднем 12–15 тыс. рублей. Совокупную выручку от этих семинаров, очень грубо и приблизительно, можно было оценить в 100 млн рублей за год. 4 млн долларов.
  • В 2012 году количество реально проведенных офлайн-семинаров в Москве (по теме «Маркетинг») сократилось в 5–10 раз. Среднее количество участников этих семинаров сократилось раза в два. Цены (в рублях) — примерно на уровне 2007 года, в долларах — на 20– 25% ниже. Совокупная выручка организаторов — менее четверти миллиона долларов. Почти 100 млн рублей стоимости уничтожено.
  • Зато было объявлено более тысячи онлайн-семинаров — вебинаров. Две трети из них просто не состоялись за отсутствием даже двух участников. Из тех, что состоялись, 90% были бесплатными. Совокупные сборы от 30 или 40 состоявшихся платных вебинаров, скорее всего, не превысили и одного миллиона рублей. Кто заработал? Компании, предоставляющие организаторам вебинаров различные сервисы: от технической организации трансляции до «продвижения» мероприятия в «социальных сетях и блогосфере».

Игорь Березин не выступает против технического, технологического прогресса. Он пишет: «Речь о том, что сегодня мы (в России, в мире) столкнулись с принципиально новой ситуацией. Часть новых технологий вполне успешно уничтожает старые отрасли, не создавая при этом адекватной замены».
Что нового в приведенных в статье данных? Особенно нового нет. Можно расширить количество примеров дигитилизации, вот, например, интересная и не новая статья про киноиндустрию [3]. Ну и конечно пример МООКов, как в авторском блоге [4], так и многочисленных иных публикациях, например [5].
Однако, данная статья  вызывает некоторые важные предположения: 
  1. Необходимо рассматривать проблему глобальной дигитализации образования в комплексе и во взаимосвязи с процессами, идущими в других сферах деятельности, шире использовать аналогии и методы междисциплинарной компаративистики. Ведь процессы разрушительной  дигитализации во многих сферах зашли дальше, чем в образовании (например, еще и библиотечное дело). Какие меры предпринимаются, например, в отечественной киноиндустрии? Можно или инициативу Н.Михалкова распространить на систему образования страны?    
  2. В глобальном образовательном пространстве процесс развивается не в  форме расширения  рынка (предоставления товара, которого нет на локальном, национальном рынке), а в форме замещении национального продукта наднациональным  под лозунгом качества (кстати, тема «идея качества против национальной идеи» мне представляется весьма интересной для анализа).
  3. В новой модели технологического, цифрового прогресса рабочие места в образовании уничтожаются, и не замещаются новыми. И если в отношении отраслей, в которых задействованы десятки и даже сотни тысяч работников, социальные последствия для государства и общества могут быть малозаметны, то там, где дело касается миллионов все чревато социальным взрывом. Индустрия образования отличается от других своей особой социальной значимостью, в том числе по количеству задействованного персонала и потребителей услуг и товаров, она неизмеримо важнее газетной, книжной и даже киноиндустрии. При этом система образования России весьма уязвима: в высшем образовании наблюдается устойчивая и долговременная демографическая яма.

Безусловно, грядущие изменения дело не одного дня, это процесс долгий и имеются множество сдерживающих факторов, например (по степени важности):
  1. Языковой барьер (над его преодолением интенсивно работают очень серьезные коллективы)
  2. Законодательство и НПА в сфере образования (они активно атакуются со стороны прогрессивной общественности – ну и действительно, кто хочет быть зачисленным в противники прогресса)
  3. Технологическая неготовность студентов и слушателей (она тоже  преодолевается – см. динамику пользователей Интернет в России на fom.ru)
  4. Мотивационная неготовность учащихся к интенсивному и интерактивному образовательному процессу (ухудшение экономической ситуации внутри страны и целевая политика от «наших партнеров» по трудоустройству молодежи за рубежом в состоянии и здесь привести к изменениям)   

Однако, они преодолимы.
«Ответ на вопрос о том, как добиться того, чтобы «дигитальные» технологии хотя бы перестали уничтожать реальную стоимость, а еще лучше — были бы приспособлены для ее увеличения, надо искать уже сегодня – пишет И.Березин: собственно нахождение положительного ответа на этот вопрос и будет означать начало завершения системного кризиса … и начало выстраивания новой мировой социально-экономической системы, для которой даже названия пока не придумано… Мировой кризис может быть преодолен только тогда, когда бизнесы, основанные на новых технологиях, научатся генерировать добавленную стоимость, в разы превышающую ту, которую они так быстро научились разрушать».
Не ставя пока целью разрешение проблемы на таком глобальном уровне, можно попробовать:
  1. Просчитать экономические последствия принятия решений по открытому образованию хотя бы для некоторых частных случаев
  2. Одним из которых может быть уровень дополнительного профессионального образования
  3. На основе чего выстроить прогнозы и предложения к стратегии на уровне организации, региона, государства

Литература
  1. Barriers to Adoption of Online Learning Systems in U.S. Higher Education // Lawrence S. Bacow, William G. Bowen, Kevin M. Guthrie,  Kelly A. Lack, Matthew P. Long May 1, 2012 Copyright 2012 ITHAKA
  2. Березин  И.С. Уничтожающие стоимость // http://www.odnako.org/magazine/material/unichtozhayushchie-stoimost/
  3. K. Kelly How to Thrive Among Pirates // http://kk.org/thetechnium/2010/04/how-to-thrive-a/ (имеются переводы на русский)
  4. http://timkin-blog.blogspot.ru/
  5. Останется десять университетов //«Эксперт» №48 (878) 02 дек 2013, http://expert.ru/expert/2013/48/ostanetsya-desyat-universitetov/
  6. http://inosmi.ru/economic/20160310/235669455.html
P.S. Было бы продуктивно вернуться к этой теме, учитывая:
1. Эндрю Кин Ничего личного ... здесь
2. Фукуяма: Цифровые технологии также пожирают рабочие места здесь

понедельник, 19 января 2015 г.

Русские МООК. Попытка получить количественные показатели

Относительно недавний обзор европейских МООК, проведенный Ассоциацией Европейских университетов (EAU) [1] позволяет поднять вопрос: Что такое русские МООК и какое количество их мы имеем на сегодняшний день?
Количественные данные приведены EAU в  инфографике на страничке, названной European MOOCs Scoreboard [2]. В методике расчетов  [3]  приведены критерии того, что считать МООК? Итак, EAU насчитывает 9 признаков какой курс считать МООК:
1. Массовый, в смысле без ограничения посещаемости;
2. «Открытый» в смысле доступности любому в любом месте до тех пор, пока есть подключение к интернету;
3. Бесплатный (не включая свидетельства об окончании);
4. Это д.б. Интернет-курс;
5. Структурированный вокруг набора целей обучения в определенной области исследования;
6. Выполняемый в определенный период времени, имеющий  начальную и конечную дату;
7. Предлагает возможности для взаимодействия, такие как социальные медиа, форумы, блоги или RSS-каналы, чтобы построить учебное сообщество;
8. Учебные материалы, такие как видео, тексты для чтения и другие, предоставляются бесплатно, так же как и обязанности по курсу  дизайнеров, преподавателей, координаторов или даже самих студентов (формат cMOOCs);
9. Включает в себя оценку или оценивание, самооценку или взаимное оценивание.

Методология  создания базы данных европейских МООК заключалась в следующем:
1. Были сделаны попытки установить контакт с каждым высшим учебным заведением в Европе, с просьбой предлагают ли они какие-либо MOOК или другие открытые образовательные ресурсы. Сотни учреждений ответили и предоставленную ими информацию начали вводить в базу данных.
2. Потом пошли на сайты учреждений, которые не ответили и искали общедоступные MOOК, которые также добавили в базу данных.
3. Наконец, провели перепроверку с другими поставщиками MООК и агрегаторами, таких как iversity (?) и OpenupEd
4. Далее на постоянной основе, отслеживаются новые MOOК, используя оповещения Google, RSS-каналы, и ручной поиск. Также принимается информация от учреждений и каждый месяц проверяются поставщики MООК и агрегаторы.
5. Как только находится новый MООК, он добавляется в базу данных.
Отслеживаются European Sources: European Education Institutions at the Open Education Europa portal, Alison, First Business MOOC, FUN, FutureLearn, Iversity, Miriada X, Open Classrooms, Open Course World, openHPI, openSAP, Unow, UnX, Océan
 Other Sources: Coursera, EDX, Canvas, Connected Courses, CnMOOC,  CourseSites, Edraak, Novoed, Standford University, P2PU, Open learning, Open2Study, Education MongoDB, Janux, JMOOC, High Tech High, Complexity Explorer, Rwaq, OER University, OOEd, Google, Kaikeba, REL2014, Udemy

Я в частном порядке для получения списка и установления количества русскоязычных МООК не могу установить контакты с каждым вузом России, но опираясь на
1. Критерии МООК EAU
2. Их данные и списки отслеживаемых ресурсов
3. Собственный список отечественных платформ и поставщиков МООК, а также отечественных агрегаторов (см. ниже)
посчитал возможным провести такую работу.
При этом не были включены в список провайдеров МООК следующие ресурсы, учитываемые в качестве таковых моими коллегами (например, http://www.centersot.net/groups/viewbulletin/758-------.html?groupid=335 и http://www.eclass.cc/ ):
1. Интуит, Businesslearning - при всех их достоинствах, «первопроходстве», заслугах для российского образования они не соответствуют МООК по критериям 6 и 7, прежде всего это несовременный формат, который, впрочем, вполне устраним и можно ожидать, что эти ресурсы в будущем волььются в список российских МООК.
2. «Учи новое» (http://uchinovoe.ru/playlists#nauka) – трудно назвать полноценными учебными курсами то, что представлено на портале. Это наборы материалов  (несоответствие  по пп.5.6.7.9)
3. Образование от HeadHunter (http://eduhh.ru/) – бесплатные курсы представляют собой лишь анонсы, презентации платных курсов
4. Университет без границ (http://universitetbezgraniz.ru/) -_ несоответствие по пп. 7,8
5. Неотология http://netology.ru/ - несоответствие по п. 3
6. http://www.get2know.ru/ - бесплатные варианты не удовлетворяют условиям 7, 8,9
7. Eduson (https://www.eduson.tv), Zillion( http://zillion.net/ru/)  - трудно назвать курсами (пусть они частично бесплатные) наборы материалов, содержащие до 3 часов видео (чаще до 1 часа), и до 6 часов необходимого времени. Несоответствие по п.5  
8. Univeb (http://uniweb.ru/) – бесплатные варианты не удовлетворяют условиям 7, 8,9
9. Образование.рф  - немногочисленные бесплатные курсы не соответствуют по пп. 6 и 7
10. Закрытые и платные курсы на Udemy – несоответствие по п. 2 и 3
11. Hexlet (http://hexlet.org/) с его 11 бесплатными курсами  – симпатичный, хотя и не совсем российский ресурс, но крайне нестабильный доступ, регулярно «всплывающие» ошибки не позволяют отнести ресурс к МООК по критерию 2.

Также однозначно не включались множество отдельных учебных ресурсов, содержащих признаками ООР, но не МООК  типа бесплатные курсы «Стратоплана « (http://www.stratoplan.ru/), видеолекции Яндекса (http://shad.yandex.ru/lectures, academy.yandex.ru/), Постнаука (http://postnauka.ru/courses), Лектории МФТИ (http://lectoriy.mipt.ru/) и т.п.

На грани, но включены следующие ресурсы:
1. Русскоязычные курсы на Udemy. Сама платформа и бесплатные курсы на ней отвечают требованиям (м.б. за  исключением п.6 и то здесь встречается определенный дедлайн (включенность в проект)), но оторванность от вузов, от формального учебного процесса  скорее всего не позволит использовать подобного рода курсы в лицензируемых образовательных программах.
2. То же касается курсов HTML Academy

То что получилось, представлено в таблице:
Платформа (провайдер), адрес
Наличие курсов, соответствующих критериям МООК
Отображение в мировых и отечественных агрегаторах[1]
Кол-во курсов, отвечающих МООК-критериям (русскоязычных/ сделанных в России)
1
Coursera
https://www.coursera.org
да, все
во всех
28/22
29
Iversity
https://iversity.org
да
class-central.com
eclass.cc
1/0
30
Open University of Israel
http://mooc.openu.ac.il/
да
openuped.eu
1/0
31
Универсариум
http://universarium.org/

да
eclass.cc
62/62
93
Udemy[2]
www.udemy.com
Да (искл. 6)
eclass.cc
7/7
100
HTML Academy[3]
http://htmlacademy.ru/
Да (искл. 6)
-
3/3
103
Stepic
https://stepic.org/
да
eclass.cc
4/4
107
Computer Science Center
http://compscicenter.ru/
Да?
eclass.cc
3/3
110
Лекториум
www.lektorium.tv
да
-
9/9
119
Образование на русском
https://pushkininstitute.ru/

Да (искл. 6)
-
1/1


[1] Учитывались следующие агрегаторы: openuped.eu, class-central.com (coursera, iversity), eclass.cc
[2] Небольшие бесплатные курсы (есть и платные), предоставляемые преподавателями индивидуально
[3] Множество небольших курсов, снабженных тренажерами, практическими работами, промежуточными и итоговыми испытаниями, но без видео. Разбиты на 3 группы (18 миникурсов в 1-й группе, 11 во второй, 1 в третьей); 

Ссылка на полную таблицу со списком всех МООК будет приведена позже.
В результате такого подхода в массовым открытым онлайн курсам может быть  отнесено 119 русскоязычных открытых образовательных ресурсов, из которых 111 сделано в России российскими авторами при поддержке российских вузов, причем 82 МООК размещено на российских платформах и провайдерах.
Это безусловно меньше, чем насчитывает русских  МООК  отечественный агрегатор  eclass.cc (1042), но существенно больше, чем представлено на европейском МООК-табло (см. рис. 2 – 19 шт.)

В результате в Европе по количеству МООК мы  выходим на 3-е место после Испании (256) и Великобритании (174) со своими 111 МООК. Безусловно, с сентября 2014 г. количество европейских МООК возросло (кроме того, в наш список попали и анонсированные на 1-ю половину 2015 г. МООК). Тем не менее, не исключено, что мы все же опережаем Францию (90) и Германию (87). 
Однако для того, чтобы цифры этого уровня были официальными надо, чтобы наши отечественные платформы, уже достаточно развитые (хотелось бы отметить Универсариум, Лекториум, Stepic – платформы универсального характера) были  как платформы национального уровня и вошли в список отслеживаемых хотя бы в Европе.

Литература:
1. Michael Gaebel, Veronika Kupriyanova, Rita Morais, Elizabeth Colucci E-learning in European Higher Education Institutions. Results of a mapping survey conducted in October-December 2013//  European University Association, November 2014. – p.92. http://www.eua.be/
2. European MOOCs Scoreboard. Last updated 03.09.2014 //www.openeducationeuropa.eu/en/european_scoreboard_moocs
3. Understanding the MOOC Scoreboard: Methodology and Misconceptions // http://openeducationeuropa.eu/en/blogs/understanding-mooc-scoreboard-methodology-and-misconceptions